Он жил так, будто тормоза придуманы для других. Прыгал, гонял на мотоцикле, сидел в тюрьме, пробовал силы в бобслее, бизнесе и на телевидении. Одержал девять побед в Кубке мира, стал одной из крупнейших звёзд норвежских прыжков 1980-х, а потом судьба не жалела ударов: потерял состояние, дом и спортивные реликвии в пожаре, а в 2021 году услышал диагноз — злокачественная опухоль лимфатической системы.
Маньяк скорости
Роджер Рууд родился 1 октября 1958 года. Его отец, дровосек, подарил четырёхлетнему Роджеру первые лыжи — на Рождество он нарядился Санта-Клаусом и под ёлкой вручил сыну заветный инвентарь. В тот же вечер отец установил большой прожектор на вершине небольшого холма, служившего импровизированным трамплином, и дал мальчику сделать несколько прыжков.
Детским кумиром Рууда был выдающийся норвежский прыгун Торгейр Брандтсег, который эффектно ложился на лыжи, почти касаясь головой их носков. Роджер пытался подражать олимпийскому медалисту из Инсбрука — и в итоге повредил зуб.
Скорость всегда была его страстью — не только на трамплине. Уже в семь лет он ездил на мотороллере, потом появился карт. В подростковом возрасте он водил автомобиль, часто лихо и с нарушением правил, ещё до получения водительских прав. Именно эта любовь к скорости однажды привела его за решётку. Перескочим на несколько лет вперёд.
В 1982 году, уже будучи звездой прыжков, Рууд попал в тюрьму за серьёзное нарушение ПДД во время езды на мотоцикле: он двигался со скоростью 220 км/ч в зоне ограничения 80 км/ч и не сразу остановился по требованию полиции. За это он провёл 30 дней в тюрьме Ильсенга и, разумеется, лишился водительских прав — которые, впрочем, очень быстро вернул. В один из дней, освобождённых от отбывания наказания, он использовал паузу, чтобы сдать экзамен на права, после чего подъехал к тюрьме на собственной машине.
Талант чистой воды
Вернёмся, однако, к началу карьеры Роджера. Его талант проявился довольно рано. В 1975 году, в возрасте всего 16 лет, Рууд завоевал бронзовую медаль на юниорском чемпионате Европы в финском Лието. В марте 1976 года молодой прыгун отправился на самый север Норвегии, в Сёррейс. Там, на трамплине «Спика», прыжком на 75 метров он установил рекорд объекта. Спустя годы он вспоминал, что остановился у местной семьи, а на вершину трамплина его возили на снегоходе. Он ещё не знал, что навсегда вписал своё имя в историю этого места: рекорд Рууда продержался до самого закрытия трамплина.
В 1975–1978 годах он завоевал четыре титула чемпиона Норвегии среди юниоров. Талантливого юношу не могли обойти стороной при формировании состава на чемпионат мира в Лахти в 1978 году. 19-летний дебютант выступил отлично на малом трамплине, заняв 9-е место.
В 1979 году он стал вторым на этапе в Инсбруке в рамках Турне четырёх трамплинов. Однако побороться за общий успех в ТЧТ у него не было шансов: он начал турнир с 67-го места в Оберстдорфе. В том же сезоне он одержал ещё один международный успех, выиграв Норвежский турнир. Год спустя он победил на Швейцарском турнире, уже в рамках Кубка мира. Это произошло вскоре после Олимпийских игр в Лейк-Плэсиде, где Рууд занял 6-е место на большом трамплине и 13-е — на малом. Стоит подчеркнуть, что на большом трамплине он был очень близок к олимпийской медали: суммарная длина его прыжков совпала с результатом бронзового призёра, финна Яри Пуйкконена.
Уснул на трамплине и упустил Хрустальный глобус
По-настоящему переломным стал следующий сезон, 1980/81, в котором Рууд до самого конца боролся за Хрустальный глобус. «Два года я в мировой элите, но этот сезон начал как никогда — с отличных результатов, — говорил Рууд в январе 1981 года польскому журналу „Niedziela“. — Тренер Людвик Зайц не вводил каких-то революционных изменений, но летом я улучшил технику, а благодаря изменению тренировочного цикла быстрее набрал форму».
Какое-то время он лидировал в общем зачёте Кубка мира, а в Планицу, на финал сезона, ехал, уступая всего одно очко Армину Коглеру. Отыграть отставание не удалось, но стоит отметить, что против Рууда тогда играли специфические и весьма запутанные правила подсчёта общей классификации. Сам спортсмен утверждает, что финал Кубка мира… проспал. Прыгун якобы задремал на вершине трамплина в ожидании своей попытки и, когда наступил его черёд, был ещё не до конца в себе. По дороге в Планицу он, среди прочего, выиграл соревнования на Холменколлене — для любого норвежца это имеет особое значение. Этот старт был особенно важен, поскольку служил генеральной репетицией перед чемпионатом мира, запланированным на следующий сезон. В ту зиму в его коллекцию отправился ещё один, третий по счёту турнир — на этот раз Чешский.
Не хватало только Турне четырёх трамплинов — и именно к нему Рууд особенно готовился в сезоне 1981/82. В Оберстдорфе он занял 9-е место, в Гармиш-Партенкирхене победил, в Инсбруке был третьим и всерьёз претендовал на итоговую победу. Однако праздник Трёх волхов не удался: в Бишофсхофене он оказался лишь на 19-м месте и вынужден был довольствоваться второй строчкой в итоговой классификации. Глубокое разочарование принесли и домашние чемпионат мира в Осло, где он занял 9-е место на нормальном трамплине. Вину за эту неудачу Рууд возлагал на тренерский штаб: он утверждал, что перед главным стартом сезона был переутомлён и нуждался в отдыхе, а тренеры продолжали нагружать его тренировками. По итогам Кубка мира он стал восьмым, после чего что-то сломалось.
За помощью в Австрию
Следующий сезон складывался заметно хуже, и перед олимпийским годом Рууд принял смелое решение: он отделился от национальной сборной и переехал в Австрию, которая в то время была сильнейшей прыжковой державой. Он оказался под крылом тренера Макса Гольсера, воспитанного в школе легендарного Бальдура Праймля. Лишённый поддержки родной федерации, значительную часть расходов на подготовку он покрывал из собственного кармана. Любопытно, что одним из членов австрийского штаба тогда был физиотерапевт Вальтер Хофер. Рууд вспоминал, что будущий руководитель Кубка мира проводил ему сеансы акупунктуры, цель которых заключалась в правильном распределении мышечной силы.
То, что Рууд пошёл своим путём и связался с конкурирующей командой, а со временем нашёл индивидуального спонсора, категорически не понравилось Норвежскому лыжному союзу. Ситуацию усугубляли его неуемный язык и откровенные публичные высказывания в адрес федерации. В итоге на Олимпиаду в Сараево он не поехал, хотя боролся за попадание до самого конца и весьма нестандартным способом. При помощи предпринимателя Стейна Эрика Хагена он выпустил кассету под названием «Je vil åt OL» («Хочу на Олимпиаду»), которая получила статус золотой. Между известными музыкальными треками звучал голос Рууда, убеждавшего слушателей, что он — подходящий кандидат для участия в олимпийских состязаниях в Югославии. Не помогло. «Норвежский союз был злым и трудным», — сказал он спустя годы.
Форму начала карьеры Рууд так и не восстановил, хотя в 1985 году одержал ещё одну победу в Кубке мира — в Кортине-д’Ампеццо. Это была его девятая и последняя кубковая победа. Благодаря ей он попал в состав сборной Норвегии на чемпионат мира в Зеефельде, но там выполнял лишь роль статиста. В 1986 году он одержал ещё одну победу на национальном уровне, став чемпионом Норвегии, но это уже было лебединой песней прыгуна. Карьеру он завершил в 1987 году в возрасте 29 лет. В 1990 году он решил вернуться, но провальные выступления в Кубке Европы заставили его быстро отказаться от этой затеи. Со прыжками, однако, он не расстался: долгие годы успешно выступал на ветеранских соревнованиях.
Жизнь после спортивной жизни
Завершив карьеру прыгуна, Рууд по-прежнему испытывал жажду адреналина и перенёс свою потребность в скорости с лыж на асфальт. В 1987–1989 годах он трижды становился чемпионом Норвегии по шоссейно-кольцевым мотогонкам. Затем всерьёз занялся бобслеем и даже планировал выступить на Олимпийских играх в Лиллехаммере в этой дисциплине. Важную роль в его жизни играл также бокс, который он использовал ещё во время прыжковой карьеры как тренировочный элемент и отличную базу физической подготовки.
У Рууда постоянно появлялись новые идеи, он пробовал разные занятия. Работал, в частности, в городском хозяйстве, садовником, управлял экскаватором, какое-то время продавал квартиры в Германии. Вёл собственный бизнес — киоск в Осло и магазин одежды в Лене, оба под названием «Roger’n». Пытался развивать собственный бренд спортивных товаров и одежды — в том числе боксёрских трусов, бамбуковых носков и шапок, связанных с Холменколленом. Участвовал в нескольких реалити-шоу, среди которых — норвежская версия «Танцев со звёздами». Один из проектов, «Mesternes mester» («Мастер мастеров»), требовал умения плавать, которым такой разносторонний спортсмен, как Рууд, не обладал. Пришлось навёрстывать упущенное прямо перед началом съёмок.
В середине 1990-х он оказался в серьёзных финансовых неприятностях. Рууд занял у своего банка 1 миллион норвежских крон, которые намеревался вложить в недвижимость в Тёнсберге. Деньги он передал человеку, с которым его познакомил Рольф Мёум. Проблема заключалась в том, что средства, по утверждению Рууда, вместо недвижимости ушли в нелегальную финансовую пирамиду, связанную с Оле-Кристианом Бахом. По данным «Dagbladet», в общей сложности инвесторы и банки потеряли около 40 миллионов крон. Рууд остался ни с чем и долгие годы ощущал последствия этой истории. «Да, это меня сломало. Мне потребовалось много лет, чтобы прийти в себя», — признал он в интервью «Dagbladet».
Одним из последствий неудачного финансового предприятия стал многолетний конфликт с налоговой службой. Во время одного из визитов в здание ведомства Рууд, по сообщениям, схватил компьютер и разбил его об пол.
Диагноз как приговор
Финансовое положение усугубили два пожара. В 2009 году сгорел дом его сына, а 23 декабря 2015 года полностью выгорел собственный дом Рууда в Тотене, в котором он жил. Пожар произошёл за день до Рождества. Прыгун потерял в нём всё имущество, включая все медали, кубки и спортивные памятные вещи. Рууд в тот момент находился дома: он уснул на диване, пожарная сигнализация разбудила его, и он выбрался через заднюю дверь ванной. Позже он проходил обследование в больнице из-за отравления дымом. Пожар привёл к затяжному спору со страховой компанией. «У меня складывается впечатление, что страховые компании исходят из того, что человек — мошенник», — горько констатировал Рууд.
Но и это ещё не всё. В 2021 году он получил диагноз, прозвучавший как приговор: злокачественная опухоль лимфатической системы. «Врач сообщил мне: „Вам осталось два года жизни“. С тех пор прошло почти пять лет. Болезнь поддаётся лечению — так, чтобы замедлить её развитие, — объяснял бывший прыгун в январе этого года. — Никогда не знаешь, не ускорится ли болезнь снова. Я живу с раком, но врачам удалось остановить его развитие. Побочным эффектом болезни стала хроническая усталость. У меня это переросло в хроническое состояние, значительно более тяжёлое, чем сам рак. Чтобы пережить день, мне нужно правильно распределять энергию. Этому нас учат на терапиях и курсах».
Уже несколько лет Рууда приглашают на этап Турне четырёх трамплинов в Гармиш-Партенкирхен, где к нему относятся почти как к королю — в знак его победы на местном трамплине в 1982 году. «Поездки в Гармиш-Партенкирхен — одно из того, что до сих пор приносит мне радость. Они меня заряжают. Я знаю, что по возвращении домой пролежу неделю. Но оно того стоит».
В этом году ему довелось поговорить с Сандро Пертиле. «Сандро слушает и открыт к диалогу. Он обещал, что присмотрится к некоторым моим предложениям. Прыжки на лыжах с трамплина должны стать проще для прыгунов и зрителей. Посмотрим, изменится ли что-то», — говорит норвежец.
У Рууда в целом много замечаний к тому, что сейчас происходит в прыжках. «Контролёры снаряжения не должны оценивать людей по одному-двум миллиметрам в комбинезоне. Мы забываем о том удовольствии, которое дарят прыжки. Прыжки оказались затмены всем тем, что происходит вокруг. Не об этом люди должны говорить. Они должны говорить о прыжках, оценках за стиль и приземлениях. Нам не нужно то, что происходит сейчас», — считает спортсмен, занявший второе место во втором сезоне Кубка мира.
источник skijumping.pl